Семантический и функциональный потенциал английских глаголов to do и to make

Семантический и функциональный потенциал английских глаголов to do и to make

Содержание

Введение

Глава 1. Понятие широкозначности в языке

.1 О соотнесенности понятий «многозначность» и «широкозначность» и о сущности широкозначности

.2 Природа фундаментальных глаголов действия

.3 Грамматические и лексико-семантические характеристики глаголов to do и to make

Вывод по главе 1

Глава 2. Анализ употребления фундаментальных глаголов to do и to make

.1 Функциональная эквивалентность глаголов to do и to make

.2 Роль фундаментальных глаголов действия to do и to make в вербализации картины мира

.3 Глаголы to do и to make: правила употребления

Выводы по главе 2

Заключение

Список литературы

Введение

Работа посвящена проблеме семантического варьирования и таким понятиям, как полифункциональность, многозначность.

Актуальность данной курсовой работы заключается в том, что когда глаголы to do и to make употребляются в качестве смысловых глаголов, их использование часто является затруднительным для изучающих английский язык. Глагол to make используется в одних конструкциях и с одними словами, в то время как глагол to do — в других конструкциях и с другими словами. В английском языке существует много устойчивых словосочетаний с глаголами to make и to do; оба глагола имеют перевод «делать», при этом глагол to make больше ассоциируется с ручным трудом.

Предметом исследования явился фундаментальный глагол действия в английском языке.

Объектом исследования являются функционально-семантические особенности глаголов to do и to make.

Целью работы является показать семантический и функциональный потенциал английских глаголов to do и to make.

В ходе работы ставились следующие задачи:

. рассмотреть применение глаголов to do и to make в английском языке;

. раскрыть сущность понятий «полифункциональность», «многозначность» и «широкозначность»;

. изучить функционирование глаголов to do и to make.

Материалом исследования послужили такие иноязычные словари, как «Англо — русский словарь» В.К. Мюллера, «Longman Dictionary of contemporary English», «Collins Concise Dictionary», «Словарь синонимов и антонимов английского языка» (Девлин Д.).

Структура работы определяется целями и задачами поставленными выше. Работа состоит из введения, двух глав, после каждой сделаны выводы и заключения. Она также содержит список литературы и приложение.

Относительно методов исследования можно сказать, что работа выполнена в русле семасиологического исследования с выходом в коммуникативную грамматику.

При написании данной курсовой работы применялись следующие методы и приемы исследования: систематизация материала, сравнительно-сопоставительный анализ, описательный метод с использованием приемов наблюдения, классификации и интерпретации исследуемого материала, лингвостилистический анализ, словообразовательный анализ, дифиниционно-компонентный анализ.

Лексикология исследует словарный состав языка, его лексику и тесно связана с семасиологией или семантикой, этимологией и стилистикой. Современная лексикология, как и грамматика, опирается на понятие коррелирующих категорий. А семасиология, в русской и европейской традиции занимается лексической семантикой, то есть значениями тех языковых единиц (слов и словосочетаний), которые используются для номинации отдельных предметов и явлений действительности. В современном языкознании задачи семасиологии решаются в рамках более общей дисциплины — семантики.

Основными лексикологическими и вместе с тем семасиологическими категориями являются такие понятия, как моносемия и полисемия, синонимия и антонимия, свободное и связанное значение слов и многие другие. Исследуя лексику как систему, лексиколог имеет в виду взаимодействие между значениями слов и понятиями. Понятия чаще всего международны или интернациональны, тогда как значения слов национальны. Лексикология изучает закономерности функционирования и развития словарного состава языка, разрабатывает принципы стилистической классификации слов, нормы литературного словоупотребления в его соотношении с просторечием, вопросы профессионализмов, диалектизмов, архаизмов, неологизмов, нормализации лексикализованных словосочетаний и другие. Особый раздел лексикологии составляет изучение общественно-политической, научной и технической терминологии. Лексикология тесно связана также с лексикографией.

Теоретическая значимость обусловлена сочетанием функционального и когнитивного аспектов при описании единиц языка. Работа дополняет уже существующие функционально-семантические исследования фундаментальных глаголов действия, расширяет представления об особенностях их функционирования в речи.

Практическая ценность работы определяется тем, что полученные результаты могут быть использованы в теоретических курсах по грамматике, лексикологии, сравнительной типологии, в спецкурсах по теории и практике перевода, когнитивной лингвистики и лингвокультурологии, на практических занятиях при обучении иностранному языку, а также при разработке учебно-методических пособий для студентов. Сведения об особенностях семантической структуры фундаментальных глаголов действия могут оказаться полезными в лексикографической практике. Материал исследования может служить для разработки тематики курсовых и дипломных работ.

Глава 1. Понятие широкозначности в языке

.1 О соотнесенности понятий «многозначность» и «широкозначность» и о сущности широкозначности

Явление широкозначности или эврисемии всегда привлекало внимание лингвистов. Здесь достаточно упомянуть выполненные в этом направлении работы таких лингвистов, как Н.Н. Амосова, В.Я. Плоткин, Л.Я. Гросул и др.

Успешное изучение широкозначности требует определение места этого лексико-семантического явления в языковой системе, что, в свою очередь, невозможно без целостного, системного подхода к широкозначным словам, без преодоления фрагментарности в их описании, проявляющейся в двух планах.

Категория слов широкой семантики, как и другие лингвистические явления, не однородна — она характеризуется степенью признака. В данном случае это означает, что степень лексической абстракции в них достигает разного уровня. Таких слов в английском языке, как и в других языках, немного, но они играют весьма существенную роль в функционировании языка. Основное отличие этих слов от обычных многозначных слов заключается в том, что широкое значение «остается основой любого специализированного своего варианта»; при этом в каждой речевой ситуации реализуется прямое, а не переносное значение. Употребление же многозначного слова «исключает все его лексические значения, кроме одного, действующего в данный момент».

Н.П. Кудрявцева пишет о том, что, во-первых, широкое значение слова иногда расчленяют на несколько семантических сегментов, которые затем исследуют по отдельности. Такая трактовка типична для многозначных слов, которые в одном из своих значений относятся, например, к одушевленным именам, а в другом — к неодушевленным. Фрагментарность присуща семантической структуре многозначных слов по определению: ведь само понятие многозначности предполагает вхождение в эту структуру многих значений, её несводимость к единому значению [11, 83]. Как известно, многозначность возникает, главным образом, в результате метафорической и метонимической деривации от первичного значения, не исключая первичного; отдельные компоненты значения выпадают из семантической структуры многозначного слова, вследствие чего семантические связи между сохранившимися значениями затемняются, иногда вовсе исчезают.

Фрагментарность семантической структуры многозначного слова облегчает выбор в контексте одного из значений и тем самым отвлечение от остальных. Важнейшую роль в этом играют тематическая отнесенность контекста и обусловленное ею лексическое заполнение валентностей многозначного слова. По этой причине многозначность слова принципиально исключает существование у него единого, объединяющего значения; возможна лишь большая или меньшая мотивированность деривационных связей между его значениями.

В то же время Т.В. Жукова отмечает, что широкозначности присуще закрепление в сигнификативе минимального количества признаков, о чём свидетельствует невозможность их разложения на дифференциальные признаки в обычном смысле. Именно этот факт создает необходимые условия для соотнесения данного минимума признаков с широким кругом денотатов и сохранения во всех многочисленных и разнообразных употреблениях одного, хотя и очень обобщенного значения [12, 102]. А.Н. Степанова и Л.Ф. Кистанова утверждают, что систематическая реализация такой инвариантной информации даёт возможность противопоставить широкозначность многозначности, которая, развиваясь, за счёт метафорической и метонимической деривации от первичного значения, распадаясь на отдельные семантические сегменты, не сводится к единому значению [12, 103]. Широкозначность сохраняет семантический инвариант в различных употреблениях.

Ещё одну характеристику широкозначности, проявляющуюся на синтаксическом уровне, называет А.С. Кузякин, проводивший глубокие исследования широкозначных слов [13, 102]. По его мнению, широкозначности всегда сопутствует широта дистрибутивного диапазона слова, которая может охватить существенно различные синтаксические модели.

По мнению И.С. Лотовой, вариативность широкого значения может выходить за рамки лексической полнозначности, когда широкозначные слова выступают в служебных функциях, в частности, как связочные и вспомогательные глаголы [15, 36]. На этом основании широкозначность трактуется как семантическое опустошение. В этом случае слова характеризуются лишь морфологическими признаками какого-либо класса. Лексическая широкозначность в этих случаях создает условия для употребления данных слов как вспомогательных служебных слов: например, one — как именной, do — как глагольный заместитель: Give me the blue one; You run faster than I do. Таким образом, здесь на первый план выходит грамматическое, а не логическое значение этих слов.

Итак, целостная семантическая структура широкозначных слов не проявляет фрагментарности, которая свойственна многозначности, но может варьировать языковую природу своего значения от лексического до грамматического.

Объяснение этому явлению дают А.Н. Степанова и Л.Ф. Кистанова, которые полагают, что широкозначность слова всегда предполагает его широкое понятийное содержание, но последнее само по себе ещё не делает слово широкозначным [12, 103]. Широкозначность как особая лексико-семантическая категория складывается в языках аналитического строя. Будучи обусловлена типологической характеристикой языковой системы, широкозначность оказывается такой лексико-семантической категорией, которая теснейшим образом связана с грамматическим строем.

Это проявляется не только в интенсивном использовании широкозначных слов как синтаксических и морфологических показателей, но и в самой природе их семантики. Широкое значение очень похоже на значения, присущие грамматическим категориям и разрядам слов. Так, широким является значение местоимений, некоторых предлогов. Однако, как справедливо замечает Г. Б. Давыдова, лексико-семантической категорией широкозначность становится лишь тогда, когда она охватывает слова больших частей речи, прежде всего глаголы и существительные [3, 171]. Широкозначных глаголов больше, и они объединяются в микросистемы, формирующие значения своих элементов.

Ещё одной отличительной особенностью слов широкой семантики является их тесная связь с контекстом, причем связь эта может носить различный характер.

.2 Природа фундаментальных глаголов действия

В настоящее время существование широкозначности (эврисемии) как особой лексико-семантической категории признано многими лингвистами. Исследователи решают вопросы о границах лексического и грамматического содержания широкозначных единиц языка, их семантической структуре, системе значений и сочетаемости.

В.К. Колобаеву удалось установить основные признаки, присущие всем широкозначным словам. К таким признакам исследователь отнес синкретизм, полиденотативность, синсемантизм, десемантизацию, полифункциональность [7, 56].

Из них лишь десемантизация ставится под сомнение. Мы разделяем точку зрения тех исследователей, которые полагают, что широкозначные слова не подвергаются семантическому опустошению в служебных функциях, а лишь качественно изменяют семантический тип, сохраняя общий семантический инвариант.

К специфическим признакам широкозначности относят также наличие гиперо-гипонимических отношений между широкозначными словами и остальными словами единой лексико-семантической группы, высокую частотность употребления широкозначных лексем [1, 22].

Определение лингвистического статуса широкозначности связывается с решением проблемы ее соотношения с многозначностью (полисемией). Считается, что широкозначность развивается на основе вариативности инварианта, а многозначность образуется как результат вторичной номинации первичного значения. Тем не менее, широкозначность не только не исключает многозначности, но и признается одним из необходимых условий ее развития [18, 108-109].

Установлено, что в языке слова с более или менее абстрактным значением обычно развиваются на основе слов с конкретным значением. Интересующий нас английский to do этимологически восходит к индоевропейскому корню dhē «ставить, класть, помещать», который претерпел сложные семантические изменения.

Изучая семантическую эволюцию английского to do исследователи полагают, что в ходе эволюции этот глагол приобрел, прежде всего, значение абстрактной деятельности, ведущей к созданию нового объекта (дома, одежды, еды). В частности, древнерусский глагол delati до XV века встречается в письменных текстах только в значении «производить (ремесленным способом), строить, сооружать». Но на этом развитие семантики рассматриваемых глаголов не останавливается. В дальнейшем представление о результате становится несущественным, как следствие глагол начинает использоваться для обозначения активной, намеренно и осознанно осуществляемой деятельности любого рода [7, 35].

Появившийся позднее в анализируемом германском языке глагол to make начинает заменять более древние глаголы со значением «делать» (соответственно to do) в различных контекстах, и, прежде всего, для обозначения деятельности, результатом которой является создание нового конкретного объекта. Эти глаголы восходят к корню makon — западногерманскому образованию от прагерманского существительного maka. Исследователи восстанавливают для него следующие смыслы: «месить, замешивать (тесто, глину)», «готовить (еду)», «строить», «соединять, связывать». Глагол makon проходит семантическую эволюцию от значения конкретного действия через более абстрактный смысл соединения, связывания к обозначению любой производящей деятельности.

Разумеется, принятые лексикографические решения не свободны от некоторого субъективизма, так как они неоднозначно отражают семантическую структуру интересующего нас глагола.

Тем не менее, резюмируя вышесказанное, мы призываем вслед за И.А. Стерниным, не забывать мысль Г. Флобера: «Словари как часы: самый плохой лучше, чем никакой, но даже самый лучший никогда точно не показывает» [2, 12].

Привлечение к анализу единиц нескольких языков не является самоцелью, ибо на основе сопоставления глаголов to do и to make нам удалось максимально полно представить их семантические признаки. Одни семантические признаки оказались общими для исследуемых глаголов, другие характеризуют только некоторые из них.

1.3 Грамматические и лексико-семантические характеристики глаголов to do и to make

Поскольку целью нашего исследования является изучение лексических, грамматических и функциональных характеристик глаголов to make и to do английского языка, необходимо обратиться к глагольному синтаксису, многие вопросы которого до сих пор остаются слабо изученными, хотя тесная связь явлений лексического и синтаксического уровня общеизвестна.

Как известно, значение глагола в рамках компонентного анализа представляет набор семантических признаков (сем) — исходных несамостоятельных единиц плана содержания, организованных в структуру. Под семантической структурой слова понимают «многоуровневую комбинацию различных по объему семантических признаков», «иерархическую упорядоченность компонентов смысла», а также совокупность единиц, организованных по принципу поля.

Глаголы to do и to make относятся к исконному пласту лексики английского языка и входят в десятку глаголов, наиболее активных в образовании словосочетаний, широко употребляемых в современной устной и письменной коммуникации. Широкозначность и вытекающая отсюда полифункциональность обусловливают их активное употребление практически во всех стилях английского языка, что делает исследуемые глаголы, с одной стороны, чрезвычайно интересными, а с другой — весьма непростыми объектами анализа.

В работах отечественных лингвистов признается наличие в словах семантических признаков, характеризующих наиболее высокий класс иерархии, категориальных признаков, служащих для группового противопоставления слов, которые, являются инвариантом, составляя ядро значения широкозначных глаголов. При этом обращается большое внимание на валентность глагола, от которой зависит его синтагматика.

По своей морфологической структуре глаголы делятся на:

1) простые (read, live, speak)

) производные (magnify, decompose, fertilize)

) сложносочиненные (daydream, browbeat)

) составные (sit down, go away, give up)

Для начала рассмотрим фундаментальные глаголы действия to do и to make отдельно.

Исследуемый нами глагол to make является простым по своей словообразовательной структуре, т.к. принадлежит к древнему англосаксонскому слою лексики английского языка (OE macean). При этом он широко участвует в создании составных глаголов — to make out, make up и др.

По своему значению и выполняемой в предложении роли глаголы делятся на смысловые, вспомогательные (участвуют в создании аналитических форм), глаголы-связки (участвуют в создании составного именного сказуемого) и модальные глаголы. Оба глагола — to make и to do -относятся как к смысловым глаголам, которые имеют самостоятельное значение и употребляются в предложении в роли простого глагольного сказуемого, так и к вспомогательным глаголам — исследуемые глаголы могут использоваться как связочные и каузативные. Приведем примеры всех перечисленных их свойств:

. Как смысловой глагол, они являются двухвалентными, т.е. требуют субъективного элемента в левой дистрибуции и объектного — в правой:

He said they wouldnt make any serious mistake anymore.

I have done my work.

2. Связочный глагол:

Perhaps you are going to make too good a wife.like my meet very well done.

3. Каузативный глагол:

Do you think you could possibly make your son behave a little better occasionally?will not to do in this soil.

Определив грамматические характеристики глаголов to make и to do, обратимся теперь к их лексическим особенностям.

Чем выше сфера употребления лексемы, тем выше степень обобщенности понятия, представляющего её смысловое содержание. Многообразие контекстов употребления глаголов с широкой понятийной основой, хотя и привносит определенную степень конкретизации в их семантику в каждом отдельном случае, оно же довольно часто обусловливает трудность для их обобщения в виде отдельных лексико-семантических варьирований.

Проблемы лексической сочетаемости тесно переплетены с проблемами лексического значения слов, так как только в речи, в сочетании с другими лексическими единицами, слово реализует своё значение. В настоящее время семасиологические исследования всё чаще выходят за пределы отдельных лексических единиц и становятся предметом лексикографических описаний.

На первом этапе исследования был систематизирован круг значения глагола to make на основе различных словарей, таких как «Англо-русский словарь» В.К.Мюллера, Collins Concise Dictionary, Websters Encyclopedic Unabridged Dictionary, Longman Dictionary of Contemporary English и «Словарь синонимов и антонимов английского языка» (Девлин Д.).

Более удачной нам представляется словарная статья глагола to make в Longman Dictionary of Contemporary English, в котором выделяется 14 основных значений глагола to make:

To produce something, to do something, cause a state/situation, force somebody to do something, to make money, to be added together, to be suitable, to pretend, to calculate, to manage, to make way, to arrive, to be good/important, other meanings.

И затем следует пояснение к каждой выделенной группе. К примеру, к значению to do something выделено 11 частных значений; calculate — 6. Фактически, они даже не являются значениями, но лишь иллюстрируют сочетаемость глагола to make с конкретными лексическими единицами в каждом отдельном случае. Как видим, и эта классификация значений не лишена своих недостатков, но она более приемлема, чем предыдущая, поэтому мы и используем её для нашего исследования. Словарь даёт также и краткую статью об употреблении глагола to make: обычно «make» употребляется, когда мы создаём что-то, чего раньше не было: make lunch/trouble/peace/ a noise/a plan/ a joke/ a mistake /a speech /a promise. Глагол to make также употребляется, когда кто-то или что-то меняется в некотором роде: She made him comfort/ He made a success of it/They made friends [30, 864].

В том же словаре выделяется 23 основных значений глагола to do:

Activity/job, do your hair/teeth/nails, what do you do (for a living), succeed/fail, do nothing for/do a lot for, spend time, food, a service, copy, study, do sb good, do 10 miles, visit, enough/suitable, that will do, do as youre told, would do well to do sth, cheat, punish, happen, do sth to death, do well to sb [30, 396].

Но нет простого правила, в каких случаях употреблять глагол do, а в каких — make.

Когда речь идет о движении, лучше предпочесть глагол to go, чем to make: They went shopping/for a picnic/on vacation/on a trip. Но мы можем также сказать: They made a trip to Boston. Наличие таких случаев синонимии как раз и подтверждает широкозначность исследуемого глагола, когда глагол to make является показателем действия, а его конкретизация осуществляется через последующее существительное или герундий. Также вместо to do целесообразнее использовать to take: you take a class/ take a look at something/ take a ride on something.

В «Англо-русском словаре» В.К.Мюллера выделено 19 значений глагола to do и 16 — to make. В них входят:

To do — 1) делать, выполнять; 2) действовать, быть активным, вести себя; 3) исполнять (роль); 4) устраивать, приготовлять; 5) прибирать, приводить в порядок; 6) причинять; 7) оказывать; 8) готовить, жарить; 9) осматривать (достопримечательности); 10) подходить, годиться; 11) заканчивать; 12) процветать, преуспевать; 13) поживать; 14) отбывать срок (в тюрьме); 15) обманывать; 16) употр. в качестве вспомогательного глагола в отриц. и вопрос. формах Present и Past Simple; 17) употр. для усиления; 18) употр. вместо другого глагола в Present и Past Simple во избежание его повторения; 19) употр. при инверсии в Present и Past Simple [27, 224].

To make — 1) делать, совершать; 2) производить; 3) создавать; 4) готовить; 5) составлять, равняться; 6) становиться, делаться; 7) получать, приобретать; 8) считать, определяться; 9) назначать (на должность); 10) успеть, поспеть; 11) войти (в порт); 12) со сложным дополнением означает заставлять; 13) с рядом сущ. образует фразовый глагол, соотв. по значению сущ.; 14) вести себя как…; 15) есть; 16) тасовать [27, 451].

В исследуемом словаре необходимо отметить два значения, которые совпадают у данных глаголов: делать и готовить, а в остальном — каждому глаголу свойственно только своя сфера употребления.

Таким образом, анализ словарных данных и справочной литературы показал, что глаголы to do и to make имеют большое количество значений и как простые, и как составные глаголы. Все это обусловливает высокую частотность их употребления в языке.

Вывод по главе 1

Таким образом, мы пришли к выводу, что:

рассматриваемые нами глаголы обозначают «действие» как таковое;

они не указывают на «характер действия» в силу абстрактности их лексического значения;

им свойственна «направленность на результат действия»;

глагол to make содержит указание на «способ действия» (а именно «собственными руками или самому»), которое сохранилось от пракорня makon (см. выше), а глагол to do указывает на само действие, которое отражено в индоевропейском корне dhē «ставить, класть, помещать»;

глагол to make в определенных синтаксических условиях (перед инфинитивом другого глагола) может выражать сему «побуждение», в свою очередь глагол to do используется для усиления действия.

Глава 2. Анализ употребления фундаментальных глаголов to do и to make

.1 Функциональная эквивалентность глаголов to do и to make

Выявление случаев регулярной и окказиональной функциональной эквивалентности глаголов действия целесообразно связать с определенными ситуациями. Следует отметить, что понятие «ситуация» обладает большим количеством самых разнообразных толкований. Наиболее широкое распространение среди лингвистов получило понимание ситуации как определенной совокупности референтов и отношений между ними. Вслед за В.Г. Гаком под ситуацией мы понимаем «совокупность элементов, присутствующих в сознании говорящего в объективной действительности в момент «сказывания» и обусловливающих в определенной мере отбор языковых элементов при формировании самого высказывания» [8, 35].

Анализ лексикографических описаний, представленный в первой главе, позволил нам соотнести значения исследуемых глаголов с целым рядом денотативных ситуаций. Так, универсальными оказались следующие 6 ситуаций: «прототипная ситуация», «созидание», «проявление субъекта в деятельности», «совершение действия», «совершение поступка», «преобразование». Из выделяемых специфических ситуаций мы рассматриваем только те, которые получили в корпусе нашего материала достаточное представление. К ним относятся «наведение порядка», «занятость субъекта в какой-либо сфере деятельности», «притворство», «говорение» и «каузативная ситуация».

Исследователи отмечают, что структуры простых предложений означают лишь те ситуации, которые чаще всего возникают в жизни людей, имеют для них важное значение и которые они считают необходимым обсуждать в общении друг с другом. В свете когнитивной лингвистики мысленные образы ситуаций, закрепленные синтаксическими структурами, принято называть синтаксическими концептами. Подход к структурной схеме (модели) предложения как синтаксическому знаку получает все большее распространение [20, 15]. Одни и те же синтаксические концепты могут обнаруживаться у разных народов, или, напротив, быть представленными только у некоторых из них.

Какие ситуации получат собственную синтаксическую структуру, а какие не получат — зависит от выбора каждого языкового коллектива. Ядерная структурная схема кто делает что, репрезентирующая концепт «агенс воздействует на объект», имеется во всех индоевропейских языках. Данный концепт актуализирован множеством структурных схем, осмыслен очень детально, и это свидетельствует о его глубокой древности. Более того, на его основе продолжается интенсивное построение разнообразных структурных схем для оформления постоянно формирующихся новых синтаксических концептов, особенно из сферы интеллектуальной, эмоциональной и речевой деятельности человека [21, 324].

Некоторые исследователи предпочитают говорить о концепте «акциональность», передающем знание о намеренном и контролируемом действии, направленном от источника энергии к другому объекту, в ходе которого отмечается результат воздействия. Концептуальное пространство акциональности представлено такими характеристиками, как «ориентированность на деятеля», «ориентированность на действие», «ориентированность на объект воздействия», «ориентированность на результат воздействия», «ориентированность на инструмент воздействия». Рассмотрение универсальных и некоторых из ряда национально-специфических денотативных ситуаций (получивших в корпусе исследованного материала достаточное представление) с позиций когнитивной лингвистики составит перспективу нашего исследования. В связи с этим, заметим, что в английском языке выбор глагола to do или to make, актуализирующего концепт «акциональность», в отдельных случаях может быть обусловлен концептуальной характеристикой «ориентированность на результат воздействия». В ходе проведенного анализа было установлено, что глагол «делать» реализует в первую очередь значения, соотносимые с универсальными денотативными ситуациями. Национально-специфическое представлено в меньшей степени (или вообще не получило представления в рамках материала нашего исследования). Что касается, регулярной функциональной эквивалентности глаголов с семантикой «делать», то она наблюдается лишь при интерпретации «прототипной ситуации»:

What have I done to you? — Что я вам сделал?

Анализ функциональных возможностей глаголов действия в английском и немецком языках позволяет сделать вывод о том, что семантический потенциал глагола to make достаточно узок. Основанием для данного утверждения является возможность использования глагола to do для номинации «прототипной ситуации». Сравним: have I done to you? — I shall be of age in less than a year, and then I can do what I like.

И, напротив, возможности семантического варьирования английского to do широки. Об этом свидетельствуют выявленные нами реализации глагола to do в значении «создавать», в частности:

What has become of that wonderful portrait he did of you?

Интересно отметить, что при интерпретации ситуации «наведение порядка» английские глаголы to do и to make в ряде случаев образуют семантическую оппозицию: to make the bed — стелить постель и to do the bed — убирать постель.

.2 Роль фундаментальных глаголов действия to do и to make в вербализации картины мира

Картина мира представляет собой одно из фундаментальных понятий, связанных с бытием человека. В самом общем смысле под картиной мира понимают ту модель мира, представление о нем, которое складывается у человека в результате взаимодействия с окружающей средой. Исследователи подчеркивают антропологический смысл данного термина [6, 9]. Картина мира как результат интерпретации окружающего мира человеческим сознанием по отношению к действительности вторична и зависима. Картина мира преломляется «через языковые формы» и, таким образом, непосредственно связана с языковой картиной мира. Тем не менее, языковеды не всегда четко определяют характер этой связи. Отметим, что первые попытки определить сущность языковой картины мира представлены в трудах В. фон Гумбольдта, А.А. Потебни. Само понятие «языковая картина мира» было введено в лингвистику Л. Вайсгербером, понимавшим под языковой картиной мира ту ситуацию, в которой сочетается субъективное «Человеческое» и объективное «Действительное». В дальнейшем картина мира получила множество трактовок, каждая из которых делала акцент на отдельных аспектах обозначаемого понятия. Языковая картина мира — «это такое оязыковленное сочленение знаний «обычного» человека о мире, в котором он живет и действует»; «комплекс языковых средств, в которых отражены особенности этнического восприятия мира» [14, 8]; «синхронное соединение разновременных восприятий и толкований» [14, 7]; «представление о мире, выраженное средствами языка, членение внеязыковой действительности в семантическом пространстве того или иного языка» [19, 7]. Также отмечается, что языковая картина мира складывается стихийно, естественно, отражая культурные особенности данной языковой общности, и обеспечивает взаимопонимание и единство поведения людей в обществе.

Вслед за Ю.Н. Карауловым, Е.С. Кубряковой, Ю.Д. Апресяном, А. Вежбицкой, Е. Урысон в настоящей работе под языковой картиной мира понимается представление о мире, выраженное средствами языка, неизбежный для мыслительно-языковой деятельности человека продукт сознания и одновременно лингвистическая категория.

Сопоставительное изучение фразеологического фонда представляет несомненный интерес для исследователей, поскольку «фразеологизмы являются одним из ярчайших средств выражения национально-культурной картины мира в языке каждого народа. Именно в ФЕ отчетливо проступает та ментальная специфика народа, которая характерна для его сознания и мировосприятия». Причем последняя может затрагивать не только семантику фразеологизмов, но и их структуру.

В рамках нашего исследования мы ограничиваемся ФЕ, относящимися к сфере «человек во всех аспектах своей сущности и существования», выделяемой наряду с другими пятью глобальными семантическими сферами: «совокупность неодушевленных предметов», «мир животных», «физические явления и процессы», «отвлеченные категории», в пределах которых совершаются метафорические переносы.

Понимание пространства бытия человека, в котором он осуществляет свою деятельность физическую, интеллектуальную и речевую, как совокупности некоторого множества пространств различной протяженности и культурной значимости [22, 567-568] определило принцип классификации конкретного языкового материала.

В английской фразеологической картине мира самое значительное место отводится межличностным взаимоотношениям.

Что касается межличностных взаимоотношений, то, как правило, их характер акцентируется семантикой имени существительного в составе интересующих нас фразеологических единиц (ФЕ): make fun of somebody (fun — шутка, забава) — высмеивать кого-либо, потешаться, подшучивать над кем-либо, поднять кого-либо на смех.

Для английского языка свойственно наличие в составе исследуемых ФЕ имени прилагательного, в качестве глагольного компонента выступает английский to make: make oneself agreeable to somebody (agreeable — приятный) — стараться быть приятным кому-либо, угождать кому-либо.

В исследуемом английском языке анализируемые ФЕ характеризуют человека, в первую очередь, как обладателя достойных качеств, при этом предпочтение отдается активности: do ones best — сделать все возможное, все, что в силах, не щадить усилий, приложить все усилия, стараться изо всех сил.

В английских фразеологических единицах, описывающих мимику, получила представление мимика посредством глаз. Взгляд может выражать:

— влюбленность: to make eyes at somebody;

— удивление: to make big eyes.

Аналогичным образом в работе представлены подпространства «жизнь в социуме», «взаимоотношения между мужчиной и женщиной» и «вербальная деятельность».

Количественный анализ фразеологических единиц (ФЕ) с глаголом действия, полученных методом сплошной выборки из лексикографических источников показал, что исследуемый глагол обладает не очень высокой фразеоактивностью в интересующем нас германском языке.

2.3 Глаголы to do и to make: правила употребления

грамматический семантический английский глагол

1) Употребление to do в английском языке:

Глагол to do используется, когда кто-либо совершает действие, занимается какой-либо деятельностью или выполняет какую-либо работу:

To do a crossword — разгадывать кроссворд

To do the ironing — утюжить что-либо

To do the laundry — заниматься стиркой

To do the washing — мыть что-либо

To do the washing up — умываться

Глагол to do часто используется, когда речь идет о работе любого плана:

To do your work — делать работу

To do homework — делать домашнюю работу (домашние задания)

To do your job — делать свою работу (свои обязанности)

Глагол to do также используется, когда речь идет о чем-либо в общем. Другими словами, когда необходимо описать какое-либо действие, при этом, не называя самого действия. В данном значении глагол часто используется со словами something, nothing, anything, everything, и т.д.

Например:

I’m not doing anything today. — Я сегодня ничего не делаю. (= Я сегодня ничем не занимаюсь.)

He does everything for his mother. — Он все делает для своей матери.

Shes doing nothing. — Она ничего не делает. (= Она ничем не занимается.)

Есть несколько устойчивых выражений, в которых всегда используется глагол to do. Лучше всего их просто выучить.

To do badly — плохо преуспевать (в чем-либо); плохо удаваться (о чем-либо); и т.д.

To do business — заниматься делами, бизнесом

To do the dishes — мыть посуду

To do a favor — сделать одолжение

To do good — пойти на пользу; принести пользу

To do harm — пойти во вред; принести вред; причинить вред

To do the time (to go to prison) — отбывать срок (в тюрьме)

To do well — хорошо преуспевать (в чем-либо); хорошо удаваться (о чем-либо); и т.д.

To do your best — сделать все возможное

To do your hair — причесывать волосы

2) Употребление глагола to make в английском языке:

Глагол to make используется, когда что-либо создается, сооружается, строится, и т.п.:

To make a dress — сделать (сшить) платье

To make a food — приготовить еду

To make a cup of tea / coffee — сделать (приготовить) чашку чая / кофе

Глагол to make часто используется, когда речь идет о приготовлении еды.

To make a meal (breakfast / lunch / dinner) — приготовить еду (завтрак / обед / ужин)

Есть несколько устойчивых выражений, в которых всегда используется глагол to make. Лучше всего их выучить.

To make amends — вносить поправки (в договор, в контракт, и т.п.); также может означать "компенсировать кому-либо что-либо", "извиниться перед кем-либо"

To make arrangements — договориться, устроить что-либо

To make belief (to pretend) — притворяться, делать вид

To make a choice — сделать выбор

To make a comment — сделать замечание, комментарий

To make a decision — принять решение

To make a difference — иметь разницу (например: It make no difference. — Это не имеет никакой разницы).

To make an effort — приложить усилие

To make an enquiry — сделать запрос, наводить справки

To make an excuse — извиниться

To make a fool of yourself — выставить себя дураком

To make a fortune — сделать состояние

To make friends — подружиться

To make a fuss — поднимать шум

To make a journey — совершить путешествие

To make a mess — устроить беспорядок

To make a mistake — сделать ошибку

To make money — зарабатывать деньги

To make a movie — сделать ход

To make a noise — шуметь

To make a phone call — позвонить

To make a plan — составить план

To make a plan — выразить точку зрения

To make a profit — получать прибыль

To make a promise — сделать обещание

To make a remark — сделать замечание

To make a sound — издать звук

To make a speech — прочитать речь

To make a suggestion — сделать предложение

Выводы по главе 2

В ходе исследования мы пришли к следующим выводам:

Выявление случаев регулярной и окказиональной функциональной эквивалентности глаголов действия целесообразно связать с определенными ситуациями. В связи с этим, заметим, что в английском языке выбор глагола to do или to make, актуализирующего концепт «акциональность», в отдельных случаях может быть обусловлен концептуальной характеристикой «ориентированность на результат воздействия».

Анализ функциональных возможностей глаголов действия в английском языке позволяет сделать вывод о том, что семантический потенциал глагола to make достаточно узок. Основанием для данного утверждения является возможность использования глагола to do для номинации «прототипной ситуации».

При интерпретации ситуации «наведение порядка» английские глаголы to do и to make в ряде случаев образуют семантическую оппозицию: to make the bed — стелить постель и to do the bed — убирать постель.

Глагол to do используется, когда кто-либо совершает действие, занимается какой-либо деятельностью или выполняет какую-либо работу любого плана, когда речь идет о чем-либо в общем. Другими словами, когда необходимо описать какое-либо действие, при этом, не называя самого действия. В данном значении глагол часто используется со словами something, nothing, anything, everything, и т.д.

Глагол to make используется, когда что-либо создается, сооружается, строится, и т.п. Есть несколько устойчивых выражений, в которых всегда используется глагол to do и to make, и которые следует запомнить (см.выше).

Заключение

В данной работе показано, что глаголы to do и to make являются широкозначным. Были рассмотрены такие понятия, как полисемия, широкозначность и полифункциональность.

Слово может употребляться для обозначения не одного, а нескольких классов предметов вследствие явления лексической многозначности. При этом число обозначаемых классов может расширяться, т. е. в процессе развития языка могут появляться новые значения слов. Эти значения, формируются в условиях реального функционирования, когда та или иная контекстная или ситуативная модификация значения слова становится устойчивой и устойчиво воспроизводимой.

Изучение значения будет неполным, если рассмотреть формирование значения и провести анализ конкретных случаев модификации значения в зависимости от контекста или ситуации коммуникации. Необходимо также определить, каким образом может варьироваться значение слова, что, по сути, будет указанием на круг ситуаций, в которых данное слово может функционировать.

По представленным в работе параграфам можно сделать общие выводы:

. Одна из основных задач общей теории перевода заключается в раскрытии сущности эквивалентных отношений между содержанием оригинала и перевода. Любая семантическая модель перевода, предусматривающая сопоставление элементов содержания оригинала и перевода, неизбежно предполагает анализ структуры этого содержания, умение выделять в нем какие-то элементарные единицы или компоненты.

. Многозначность, наличие у слова более чем одного значения, т. е. способность одного слова передавать различную информацию о предметах и явлениях внеязыковой действительности. Широкозначность — использование слова в общем, значении, не в узком понятии.

По внешней форме различаются следующие характерные типы широкозначной номинации в разговорной речи:

) эквивалентная номинация — замещение одного элемента ситуации широкозначной лексемой — the broom — the thing;

) свернутая номинация — замещение группы элементов ситуации широкозначной лексемой — little presentsthings.

Оба исследуемых глагола (to do и to make) относятся к исконному пласту лексики английского языка и входят в десятку глаголов, наиболее активных в образовании словосочетаний, широко употребляемых в современной устной и письменной коммуникации. Широкозначность и вытекающая отсюда полифункциональность обусловливают их активное употребление практически во всех стилях английского языка, что делает данные глаголы, с одной стороны, чрезвычайно интересным, а с другой — весьма непростым объектом анализа.

Таким образом, можно сделать главный вывод о том, что глаголы to do и to make имеют широкое значение, так как мы пронаблюдали, что у данных лексем существует много значений, которые всегда определяются и не только в одной ситуации. Как известно, американский и британский варианты английского языка имеют отличия.

Список литературы

1.Авдеев А.А. Проблема широкозначности и ее соотношение с полисемией и дейксисом (на материале имен существительных английского, русского и французского языков). Дис..канд. филол. наук. Воронеж, 2002.

2.Антология концептов. Под ред. В.И. Карасика, И.А. Стернина. Волгоград: Парадигма, 2005. Т. 1. 348 с. Т. 2. — 356 с.

.Бабина JI.B. Концептуальная деривация как ведущий механизм создания вторичных единиц // Проблемы вербализации концептов в семантике языка и текста. Волгоград: Перемена, 2003а. — Ч. 1. — С. 171-178.

.Беседина Н.А. Морфология как форма объективации языкового сознания // Филология и культура. Материалы IV Междунар. науч. конф. Тамбов: Изд-во ТГУ, 2003.-С. 125-126.

.Болдырев Н.Н. Когнитивная семантика. Курс лекций по английской филологии. Тамбов: Изд-во ТГУ, 2002. — 123 с.

.Бондаренко Е.В. Картина мира: опыт лингво-когнитивного синтеза // Вестник Харьковского национального университет им. В.Н. Карамзина №635. -Харьков: Константа, 2004. С. 8-12.

.Вежбицкая А. Семантические универсалии и описание языков М.: Школа «Яз. рус. культуры, 1999. — 780 с.

.Гак В.Г. Языковые преобразования. М.: Школа «Яз. рус. культуры», 1998.-768 с.

.Иевлева Н. В. Каузативные конструкции с глаголом «делать» (на материале французского, итальянского и английского языков) [Текст] / Н. В. Иевлева // Иностранные языки: лингвистический и методический аспекты [Электронный ресурс] : межвуз. сб. науч. тр. — Электр. дан. (1,25 Мб). — Саратов: Пединститут СГУ, 2009.

.Крушельницкая К.Г. О разграничении синтаксических и стилистических значений. // Проблемы синхронного изучения грамматического строя языка. — М., 2001. — С. 109-114

.Кудрявцева Н.П. К типологической характеристике широкозначной номинации в английской разговорной речи // Теория и практика лингвистического описания разговорной речи. — Нижний Новгород, 2001. — С. 83-88.

.Кузнец М.Д., Скребнев Ю.М. Стилистика английского языка. СПб., 2000. — 215с.

.Кузякин А.С. Роль широкозначных глаголов в речевом общении // Проблемы оптимизации речевого общения. — Саранск, 2001. — С. 102-111.

.Лаптева О.А. Русский разговорный синтаксис. — М., 2001. — 217с.

.Лотова Н.С. Синтаксические структуры с десемантизированным существительным thing в современном английском языке (к проблеме заместительной функции существительных). Автореф. дис…. канд. филол. наук. — М., 2002. — 94с.

.Лукавченко И.М. Лексико-семантическое варьирование глаголов широкой семантики и типизация устойчивых словосочетаний // Социальная, территориальная и историческая вариативность языка. Вып. 210. — М., 2001. — С. 162-173.

.Наер В.Л. Конспект лекций по стилистике английского языка. — М., 2000. — 207 с.

.Никитин М.В. Основы лингвистической теории значения. М.: Высш. шк., 2005.-167 с.

.Петроченков А. Ядро английской лексики. 135 самых ценных слов, составляющих ровно половину всех словоупотреблений в английском языке. — М.: Добрая книга, 2004. — 420с.

.Попова З.Д. Абстрактные понятия в языковом сознании народа // Филология и культура. Материалы IV междунар. науч. конф. Тамбов: Изд-во ТГУ, 2003.-С. 14-16.

.Попова З.Д., Стернин И.А. Язык и национальная картина мира. Воронеж, 2003. -564с.

.Селиверстова О.Н. Труды по семантике. М.: Яз. славянской культуры, 2004.-960 с.

.Сиполс О.В. Англо-русский учебный словарь. Общенаучная лексика. — М.: Флинта, 2003. — 314с.

.Хидекель С.С. Английский глагол: сочетаемость и управление. Англо-русский словарь. — New York: White star publishers, 2004. — 768с.

.Close R.A. A Reference Grammar for Students of English. — Moscow, Prosvesheniye, 2005. — 342р.

.Francis W.N. Revolution in Grammar — Perspectives on Language. London. The Poland Press Company, New York, 2004. — 411р.

Словари:

. В.К. Мюллер Англо-Русский словарь. Издание 17-е исправленное и дополненное М. изд. «Русский язык», 1978. c. 224, 451.

. Девлин Д. Словарь синонимов и антонимов английского языка. — М.: ЗАО Изд. Центрполиграф, 2002.

29. COLLINS Concise Dictionary, 1999. p. 420, 888.

. Longman dictionary of contemporary English, 2001.p. 396, 864.

. Websters Encyclopedic Unabridged Dictionary of the English Language. Gramercy books, New York, 1996. p. 421, 866.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *